Иногда практикующий теоретик (anairos) wrote,
Иногда практикующий теоретик
anairos

Category:

Поговорим о фэнтези

Сегодня, по случаю окончания новогодних каникул, мы отвлечемся от высоких материй и поговорим о литературе. Конкретно — о фэнтези.

Для начала предупрежу, что намерен использовать некоторые термины в нестандартных, лично мне удобных значениях, а некоторые — наоборот, в исконном смысле, ныне кое-кем уже забытом.

Например, фэнтези — не жанр. Жанров у нас три: эпос, лирика и драма. Эпос, в свою очередь, делится на множество поджанров, в частности, роман, повесть и рассказ. У романа есть свои разновидности — детективный, любовный, авантюрный и т.д. Все со своими стандартными особенностями. И все это может быть описано в реалистическом стиле, в фантастическом или в фэнтезийном.

Ощутить разницу очень просто. Может у нас быть, скажем, фэнтезийный детектив? Запросто. Будет Холмс раскрывать происки преступных магов, а Мориарти — проворачивать свои злодейские замыслы при помощи некромантии и демонологии.

А может быть любовный детектив? Нет. Может быть произведение с двумя разными сюжетными линиями, детективной и любовной. При хорошем исполнении оно даже будет весьма интересным.

Поэтому любовный роман — жанр, а фэнтези — набор изобразительных средств.


Это, впрочем, известно довольно многим. А вот проводить разницу между фэнтези и магической фантастикой умеют не все.Скажем, под определение Анджея Сапковского «сказочный мир, в котором детерминизм судьбы подточен стохастикой случайности» попадает и то, и другое. Между тем, читая, почти никогда не ошибешься, что перед тобой. Разница не меньше, чем между боевиком и шпионским романом: вроде и там, и там есть стрельба и погони, быстрые машины и красивые женщины, а перепутать почти всегда очень сложно.

Магическая фантастика живет по третьему закону Кларка: всякая достаточно развитая технология неотличима от магии. Или, если хотите, по обратному закону: достаточно развитая магия неотличима от технологии. Короче говоря, в магической фантастике всегда можно заменить магию на инопланетную технологию, и на сюжете это никак не скажется.

Вот, например, Вадим Панов и его «Тайный Город». Там магия буквально и есть инопланетная технология, потому что большинство магических народов прибыли на Землю с других планет посредством своеобразных «звездных врат» — технологии Большой Дороги, которую сами к нашим временам уже утратили. Силы же они получают из Источников — приборов, качающих тепловую энергию из ядра планеты и преобразующих ее в пригодную для магии форму. Технология изготовления новых Источников опять-таки утрачена, а потому все осевшие на Земле инопланетяне держатся за уцелевшие Источники руками и ногами.

Другой пример — Евгений Велтистов и «Приключения Электроника». Тут все наоборот. Герои творят чудеса при помощи технологии, но действует она почему-то как магия. Робот может стать настоящим мальчиком, а ученый, создавая нового робота, всегда создает вместе с ним Запрещающую Теорему — специальную формулу, произнеся которую, можно убить его творение. Заметьте, именно произнеся, и именно теорему — не кодовое слово, запускающее самоуничтожение, а уравнение, которое запрещает этой машине существовать. Фактически, это заклинание, хотя никто в книге его так не называет.

Третий пример, знакомый почти всем — «Звездные войны». Нам сразу же говорят, что в этой вселенной присутствует некая Сила. Она пронизывает все и вся, и те, кто может чувствовать ее и управлять ею, получает сверхъестественные способности.

Однако чувствовать Силу могут только те, кто обладает врожденным талантом, а все остальные ее игнорируют и пользуются полной взаимностью. Напрашивается мысль, что Сила — всего лишь догмат религии, которую исповедует орден джедаев, а сами джедаи — мутанты, способные к ясновидению, телепатии и телекинезу. Собственно, в «новой» трилогии Лукас именно это допущение и сделал. Опять-таки на сюжет оно совершенно никак не влияет.

В общем, магическая фантастика — это такая фантастика, в которой магия или аналогичная ей технология служит просто инструментом. Герои и антагонисты используют ее для достижения целей, как и любые другие имеющиеся в их распоряжении возможности. И происходит ли действие в условном средневековье, в нашей современности или в космическом будущем, не имеет значения.

Фэнтези, с другой стороны — это миры, существенно волшебные по своей природе. Магия в них — не дополнение к повседневной реальности, а ее основа, она определяет все, и не учитывать ее невозможно, даже если ты сам не обладаешь доступом к ней.
В волшебном мире слова и поступки имеют значение. Вселенная откликается на них. Именно поэтому в волшебном мире может существовать такая специфическая вещь, как проклятие.

Магическая фантастика затрудняется отделить проклятие от вредоносного магического воздействия. Фэнтези же отличает их однозначно. Проклятие человек навлекает на себя сам своими поступками. Совершив злодейство, ставящее его вне человеческого мира, он перестает быть человеком, и это сразу же сказывается на его жизни, смерти, а иногда и посмертии. Так, в Средиземье Толкина горцы, нарушившие клятву Королю Гондора, не смогли найти упокоения после смерти и обитали в своих горах в виде кровожадных призраков, пока новый Король не призвал их исполнить клятву и обрести покой.

Литературоведы различают два типа таких миров — high fantasy и low fantasy, то есть «высокая» и «низкая» разновидность.

«Высокое» фэнтези в западной традиции идет, конечно, от Толкина. Здесь армии светлых сил сходятся в битвах с ордами Тьмы, в высоких башнях решают судьбы мира мудрые правители, герои совершают сверхчеловеческие подвиги, а боги постоянно вмешиваются в происходящее либо лично, либо через своих избранных чемпионов и дарованные небом артефакты.

Мир высокого фэнтези волшебен в большом масштабе. Там есть пророчества, исполнение которых меняет ход истории. Там есть предметы и заклинания, которые могут воссоздать или сокрушить великое государство. Там все неслучайно и подчинено ходу судьбы — опять-таки, в большом масштабе: мы с самого начала знаем, что герои победят, потому что они на стороне Добра, но путь их может быть весьма тернист, и неизвестно, сколько из них доживет до победы.

Парадоксально, но именно это позволяет большинству обитателей такого мира жить так, как если бы в нем вовсе не было никакого волшебства, пусть и только до тех пор, пока волшебство само не придет к ним. Крестьяне возделывают поля, разбойники грабят караваны, стражники эти караваны защищают — все как у нас.

Маги там всегда немногочисленны. Они не обязательно могут передвигать горы или испепелять армии, хотя, конечно, никто им не запретит это уметь. Их сила в другом. Они всегда находятся в тесной связи с теми незримыми силами, которыми управляется мир. Маги служат этим силам и выступают в качестве их представителей и основных инструментов. И их сверхъестественные способности — лишь следствие этого служения.

Крестьянин, живущий в мире высокого фэнтези, не касается волшебства. Еще старик-отец предупреждал его: «Не лезь в дела волшебников, ибо они чувствительны и на расправу скоры». А вот правителю большого государства не касаться волшебства уже никак невозможно: пророчества, темные армии и великие заклятия — постоянные участники большой политики в таком мире.

В мире низкого фэнтези все наоборот. Короли правят своими землями точно так же, как и у нас. Нет никаких темных властителей и великих пророчеств. В большом масштабе мир низкого фэнтези совершенно не магичен.

А вот в масштабе мелком… Феи танцуют на лужайках, тролли прячутся под мостами, покойники встают на кладбищах. Без оберега, заговоренного надежным знахарем, лучше и не выходить из дома.

Здесь маги многочисленны и востребованы. Они опять-таки играют роль посредников между людьми и волшебством, и именно поэтому занимаются больше прикладными вопросами. Они не коронуют королей, а защищают их от нанятых врагами вредоносных заклинателей. Они не приходят в деревню, чтобы найти там юношу, избранного пророчеством, а живут в ней, чтобы заговаривать зубы и колдовать на обильный урожай.

Собственно, низкое фэнтези — стиль предельно реалистичный. Именно так жили люди по всей земле в течение тысяч лет истории. Именно так живут миллионы людей и сейчас. Отличие только одно: все поверья и обряды основаны не на субъективном опыте, как это было в нашей действительности, а на объективных и очевидных фактах.

В общем, если высокое фэнтези — это мир оживших мифов, легенд и героического эпоса, то низкое — мир оживших примет, преданий, поверий и традиций.
Tags: массовая культура, реплика в сторону
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments