Иногда практикующий теоретик (anairos) wrote,
Иногда практикующий теоретик
anairos

Category:

В прямом эфире, или О тонкостях научно-магических связей

Оглядываясь на историю науки рубежа 19-20 веков, мы чаще всего представляем её примерно так. Классическая физика была механистической, материалистической, отрицающей Бога и дух и сводящей мир к движению атомов.

Затем случилась революция: квантовая механика и теория относительности сломали жёсткие рамки классической парадигмы. Новая парадигма оказалась более гибкой. Более того, она на новом уровне открыла учёным мудрость восточных мистических учений: квантовая реальность до странности похожа на относительный, существующий лишь в восприятии буддийский космос.

Этот нарратив продвигал Капра в своём «Дао физики». Его продвигают многие современные эзотерики. Практически ту же точку зрения мы находим даже в тексте Ричарда Конна Генри, которому были посвящены два последних поста.

Между тем он целиком и полностью ошибочен.


Физики конца 19 века, несомненно, были механистами. Штука, однако, в том, что мало кто из них был при этом материалистом, а уж тем более атеистом. Вотчина восходящей религии поклонения науке в то время находилась скорее в области биологии, для которой дарвинизм открыл новые горизонты.

Там она в значительной степени осталась и по сей день. Достаточно вспомнить, что один из известнейших апостолов атеизма нашего времени – биолог Ричард Докинз.

Идеологическая диспозиция физики была сложнее и интереснее*.

[*]
* Мне достаточно близко мнение myrngwaur, почему получилось именно так. Физик изучает самую упорядоченную, гармоничную и красивую часть природы, свободную от человеческих недостатков и страдания. Ему проще поверить, что всё это – результат разумного замысла.

Биолог же изучает жизнь во всём её несовершенстве. Ему проще прийти к выводу, что если вот это всё было создано кем-то намеренно и целенаправленно, то он с этим «кем-то» встречаться вовсе не хочет.


В Англии к тому времени уже достаточно давно сформировался принцип «естественного богословия» – познавая мир, физик познаёт волю и замыслы Творца. Вселенная, как результат работы божественного Зодчего, должна быть Его откровением.

Картезианская философия предполагала, что внешний мир можно описать как движение материи. Однако физики викторианской эпохи больше занимались движением как таковым. Что же до материи – среди них шли активные дискуссии о более глубокой реальности, лежащей в её основе.

Одни полагали, что всё можно объяснить через электромагнитные феномены. Другие – что первоосновой является эфир, порождающий саму материю.


В своих попытках объяснить природу вещей некоторые физики склонялись, наоборот, к идеализму. В рассуждениях Джорджа Фицджеральда и его дяди, ирландского физика Джорджа Стоуни (придумавшего слово "электрон") мы даже находим на удивление знакомые выражения.

Стоуни выстроил в своей парадигме механическую вселенную, в которой фундаментальным принципом было движение. Всё в мире, от электромагнитных и оптических феноменов до материальных объектов, сводится к формам и видам движения.

Но если так, что же тогда движется? По мнению Стоуни и Фицджеральда – движется сознание.

«Можем ли мы» – риторически вопрошает Фицджеральд – «сопротивляться пониманию, что всякое движение есть мысль?». Мир – это сознание. Движение – мысль в этом сознании. Природа – «язык Единого, в Котором мы живём, двигаемся и существуем».

Физическим воплощением Единого для этих двух физиков служил эфир – не форма материи, а пространство, способное к движению. Иными словами, пространство «эфиритов» – не пустая среда атомизма и не абстрактная категория Канта, а нечто совершенно иное, что-то вроде жидкости.

Конечно, такой радикальный идеализм разделяли не все. Но эфирная физика викторианской эры в любом случае сильно отличалась от механического «ньютонианства», каким её пытаются представить сейчас.


Нынешние «квантовые эзотерики» полагают, будто открытия двадцатого века проложили путь к грядущему соединению науки и магии. Я же рискну сказать, что, напротив, весь двадцатый век наука и магия расходились всё дальше и дальше от той точки, где они, почти случайно, столкнулись.

Именно в 19 веке учёные всерьёз поверили в реальность спиритических феноменов и начали исследовать их экспериментально. Тогда зародилась парапсихология – и тогда же пережила свой расцвет. Тогда оккультисты вобрали в свой словарь больше всего физических терминов, причём понимая их почти так же, как их тогда понимали сами физики.

Физика, философия и оккультизм подошли настолько близко друг к другу, что учёный и маг могли разговаривать на одном языке и чаще всего понимать, что говорит собеседник*. Конечно, уже тогда эзотерики проявили свою скверную привычку – брать метафоры, которыми пользовались учёные, и понимать их буквально. Но тем не менее.

[*]
* Создатели ролевой системы "Маг: Восхождение" ввели в свой сеттинг Сынов Эфира – гениальных учёных, которые разошлись с общепринятой научной парадигмой и теперь считаются одной из девяти Мистических Традиций. Эфириты сохранили верность парадигме 19 века, от этого все их машины и устройства пронизаны духом стимпанка.


В 1837 году Артур Шопенгауэр выпустил небольшую работу «О воле в природе», где примеры из научной и медицинской практики перемежались отсылками к достижениям гипнотизёров и магов.

В 1845 году барон Карл фон Райхенбах – химик, геолог, член Прусской Академии наук – выдвинул теорию одической силы, таинственной энергии, испускаемой магнитами и живыми телами. Свои гипотезы он проверял опытами с сенситивами в полной темноте.

В 1876 году великий химик Александр Михайлович Бутлеров публично отказался от дальнейшего участия в Комиссии для рассмотрения медиумических эффектов. Он объявил комиссию предвзятой, а её методы неадекватными. Председателем Комиссии был великий химик Дмитрий Иванович Менделеев.

В 1900 году астроном, популяризатор науки Камилль Фламмарион напечатал книгу «Неведомое и психические проблемы», где подводил итоги многих лет изучения паранормальных феноменов.

В том же 1900 году в России выходит сборник «Из области таинственного» – книга, посвящённая психическим и паранормальным феноменам, написанная священником Георгием Дьяченко. Даже Русская православная церковь, традиционно нетерпимая к любой магии, кроме своей собственной, на рубеже эпох несколько смягчилась.

В 1923 году нобелевский лауреат Шарль Рише, основоположник современной психиатрии, подвёл собственные итоги в книге с красноречивым названием «Тридцать лет психических исследований».

И вот в этой-то обстановке случилась революция. Научная – и вообще.

Tags: метафизика, научные парадоксы
Subscribe

  • Мотивы для инквизитора

    Тут уважаемый myrngwaur опубликовал великолепную рецензию на цикл Скотта Бэккера «Второй Апокалипсис». Если вы её ещё не…

  • Гримуары Индостана

    От русской магии вернёмся на Восток, в Индию. Но прежде чем говорить об индийской магии, придётся сказать несколько слов о самой Индии. Думаю, для…

  • Теория заговора. Русского народного

    В наше время фольклористы продолжают странствовать по русским деревням, собирая остатки народных традиций. В том числе, разумеется, магических. Сами…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments