Иногда практикующий теоретик (anairos) wrote,
Иногда практикующий теоретик
anairos

О сектах и гуинпленах

Вот есть такие писатели — супруги Дяченко. И есть у них такая книга — Vita Nostra.

Страшная книга. Омерзительная. И не потому, что плохо написана, а как раз наоборот — потому, что хорошо. Замечательные психологи эти Дяченки. И любые пытки, хоть физические, хоть психические, описывают так, что на своей шкуре при прочтении их очень хорошо чувствуешь.

А пытки суть основное содержание романа. Для тех, кто не читал — девочка Саша попадает в странную школу, где нелюди-преподаватели (и это не моральная оценка, а суровый медицинский факт), пользуясь страхом и унижением как основным педагогическим методом, переделывают живых людей в Слова некого магического гипертекста.

Саша поначалу пытается оставаться человеком, но быстро ломается, и к концу книги она уже образцовая ученица. Пройдя последний экзамен, она окончательно лишается всего человеческого и делается Словом.

Впрочем, сама по себе книга не стала бы для меня поводом к размышлению. Что больше всего удивило — это количество восхищенных отзывов на нее. Буквально через один читатели рассыпались в рассуждениях, что именно так, и только так, можно сделать из человека сверхчеловека. Что именно так обучают магии, потому что никак иначе ей обучить невозможно.

Я тогда списал это на подсознательное желание некоторой части людей быть затоптанными, униженными и лишенными воли. Есть такая мазохистская струйка кое у кого в крови. И забыл о вопросе и о самой книге на несколько лет.

А недавно, в разговоре с совсем другим, умным и толковым человеком, вспомнил. Мой собеседник вскользь обронил, что наверняка известные актеры Джеки Чан и Джет Ли признают только «злобную» манеру обучения кун-фу, поскольку их самих именно так и обучали.

Злобная манера, чтобы вы знали — это обучение под девизом «нечего орать, связки срастутся, зато растяжка у тебя теперь будет правильная».

И вот тут я осознал, что метод, которым пользуются учителя у Дяченок, действительно применялся в течение столетий, только не для производства сверхчеловеков, а в совершенно других целях.

В цирке.

Знаете ли вы месье Гуинплена? В наше время немногие могут осилить Гюго. Я, например, не могу. Но я, как и все, слышал о его романе «Человек, который смеется». Месье Гуинплен — это он самый и есть. Еще в детстве ему разрезали лицо, чтобы его рот всегда растягивался в широченной улыбке, для цирковых представлений. Наверняка вы помните, как выглядит Джокер, вечный оппонент Бэтмена. Так вот, Джокера срисовали с Гуинплена чуть менее чем полностью — по крайней мере, его внешность.

И в то время это было совершенно нормально. Тогдашний цирк делал ставку не на профессионализм, как сейчас, а на зрелищность, причем самого приземленного пошиба, учитывая невзыскательность и грубость публики. А потому в цирк брали самых причудливых уродов и обучали их трюкам. А если уродов не хватало — их изготовляли искусственно.

Этим же промышляли и нищие. Сломать ребенку руку и криво срастить ее было в порядке вещей — чем зрелищнее увечье, чем больше оно бросается в глаза, тем больше можно выручить.

После Гюго слово «гуинплен» на какое-то время стало нарицательным. Так стали называть людей, намеренно искалеченных под какую-то прикладную задачу.

Так уж случилось, что актер Чан Кон-сан, известный нам больше как Джеки Чан, осваивал мастерство кун-фу не в горах под руководством мудрого мастера Шифу, а на подмостках китайского театра. А это фактически тот же цирк, и требования к зрелищности там весьма высокие. Отсюда и зверские методы, делающие из юных актеров таких же гуинпленов. Отсюда и актерские особенности самого Джеки, благодаря которым он теперь просвечивается на рентгене, как Росомаха из Людей Икс: в каждой кости по металлическому стержню. Для него увечье в процессе съемок — не производственная травма, а неизбежная плата за красивый кадр. Его так учили.

И надо сказать, что гуинплены действительно способны на многое. Правильно сломав человека, можно дать ему возможности, которых нормальный человек лишен: растяжку, гибкость, устрашающую или забавную внешность. Но все это делается ценой чего-то другого, что есть у нормального человека, а у гуинплена нет и никогда не будет.

В конце концов, гуинпленов делают с разными целями, но их собственное благо никогда в списке не значится. У создателя есть своя задача, и он изготовляет для нее инструменты из того, что у него под рукой. Из людей. Что будет с людьми, когда они задачу выполнят, его не волнует. Место отслужившему орудию — на свалке.


Но тому, кто покалечен только физически, еще не так плохо. Тот же Джеки Чан — обаятельный добродушный дядька, умеющий радоваться каждому мгновению жизни. Раны заживают, и даже шрамы со временем исчезают. Намного хуже, если человека превратили в гуинплена, сломав его ум, а еще хуже — душу.

И если калечить людей для цирков в цивилизованных странах давно перестали, то вот кромсать по живому их души, пожалуй, только начинают.

И у Дяченок этот процесс описан подробно, красочно, и — что тошнотворнее всего — с явной авторской симпатией. Они, видимо, тоже считали, что именно так, и только так, можно сделать сверхчеловека.

Ан нельзя. И прежде всего потому, что гуинплену совершенно не нужны те качества, без которых человека не будет. Осознанность. Любознательность. Способность делать выбор, принимать решение и нести за него ответственность.

Потому как раз эти качества из них и выбивают в первую очередь. И страх на пару с унижением — прекрасный инструмент именно для этой цели.

Тот, кого сломали страхом, способен куда-то идти, только пока его гонят. Оставшись без хозяина, он замрет. Он не сумеет решить, куда ему шагнуть, потому что за неверный шаг последует ужасное наказание. Так и будет он стоят в ожидании, пока привычный щелчок хозяйского кнута укажет правильный путь.

Даже самостоятельно продолжить дело хозяина, став его преемником, он не сумеет, потому что дела этого не понимает — способность и желание понимать у него тоже отшибли, оставив только способность слепо, бездумно повиноваться приказаниям.

И во многих организациях — называют их сектами или нет — эта методика активно применяется на практике. И люди туда идут, потому что убеждены, что только через страх и унижение они смогут стать кем-то большим, чем были. А придя — и пройдя через все это — делаются намного меньшим, чем были. Инструментом, заточенным под определенную задачу. Винтиком в механизме. Словом в тексте. Не имеющим ни воли, ни смысла вне исполняемой работы.

Вот, в общем-то, и все, что я хотел сказать о книге «Vita nostra».
Tags: злые песни, простые истины, психология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments