Иногда практикующий теоретик (anairos) wrote,
Иногда практикующий теоретик
anairos

Category:

История двух учёных

Сегодня я хочу рассказать вам две истории про двух учёных. Каждая из них показательна и поучительна сама по себе, но если их поставить рядом – они начинают друг друга оттенять, создавая объём и контраст.


Первого учёного зовут Дидерик Стапель. В течение многих лет этот нидерландский социопсихолог был одним из столпов своей дисциплины. Его работы пользовались непререкаемым авторитетом.

Всё закончилось в 2011 году, когда Стапеля уличили в фальсификациях. Оказалось, что почти все его результаты были подделаны. Научные журналы, публиковавшие их, отозвали 56 статей – внушительное число.

Однако Стапеля поймали за руку вовсе не критически настроенные коллеги, а его собственные студенты. Они начали замечать неладное и подняли шум, рискуя при этом и своими научными карьерами. Коллеги, напротив, годами не видели ничего подозрительного.

Не то чтобы он был таким искусным фальсификатором. Напротив. Дадим слово комитету, расследовавшему дело:


Практически немыслимо, как ни соавторы, основательно анализировавшие данные, ни рецензенты ведущих международных журналов, предположительно эксперты в своей области, не сумели заметить, что предложенный эксперимент был бы практически неосуществим на деле. Не заметили они и неправдоподобные статистические результаты – например, t-значения, соединённые с явно невозможными p-значениями. Не увидели числа, идентичные до нескольких десятичных знаков, в целых сериях средних значений опубликованных таблиц.

Из всего невероятного, странного и некорректного, упомянутого нами в отчёте, практически ничто не было замечено всеми этими местными, национальными и международными специалистами, и никто не заподозрил фальшивку.

Почему так получилось? Стапель, как я сказал, был признанным авторитетом в своей области. Большинство коллег считало, что он единственный обладает достаточной квалификацией, чтобы проводить и воспроизводить свои опыты.

Снова слово комитету:

Если кто-то и пытался сам воспроизвести эти результаты, то приписывал неудачу собственным ошибкам – у них не было умений и знаний мистера Стапеля. Впрочем, обычно никто даже и не пытался ничего воспроизводить – во всяком случае, независимо.

Те случаи, когда такое всё же происходило – и результаты были отрицательными – не попадали в печать, потому что такой исход определённо непечатен.

Что значит «непечатен»? Всего лишь то, что ведущие рецензируемые журналы попросту не станут публиковать результаты, явно противоречащие академическому мэйнстриму.

Это испытали на себе двое коллег, которые всё же пытались привлечь внимание к странным результатам Стапеля. Их подозрениям не дали хода, и всё закончилось ничем.

Та же участь постигла и второго учёного, о котором я хочу рассказать – Руперта Шелдрейка.

Если вы о нём уже слышали, не спешите морщиться и просвещать меня относительно его странных теорий. Речь не о том, существуют ли на самом деле морфические резонансы и морфогенетические поля. Речь об отношении.

Шелдрейк часто сталкивался с критикой примерно такого плана: его исследования ненаучны, потому что он не публикует их в рецензируемых научных журналах. Однако журналы, в свою очередь, отказывались его публиковать, потому что его исследования ненаучны.

Те результаты, которые он всё же где-то печатал – например, в виде собственных книг – вызывали у академического сообщества достаточно занятную реакцию.

Например, Джон Мэддокс, главный редактор журнала Nature – одного из самых авторитетных научных изданий – отозвался о книге Шелдрейка буквально так:

«Шелдрейк выставляет нам магию вместо науки. Его следует предать анафеме теми же словами, какими Папы проклинали Галилея, и по той же причине: это ересь».

Аналогия тут довольно странная – Галилей в конце концов, как мы помним, оказался прав. Но выбор слов и выражений сам по себе показателен.

Мэддокс не пишет, что результаты Шелдрейка фальсифицированы, что его опыты поставлены неверно, что он ошибается. Вместо этого человек, определяющий, какие результаты будут опубликованы в научной печати, оперирует понятиями ереси и проклятия – то есть относится к науке как к религии, святыне, которую следует беречь от посягательств неверных.

Это было ещё в восьмидесятых. С тех пор положение Шелдрейка не улучшилось.

В январе 2013 года он выступал на конференции знаменитой НКО TED Talks. Они записывают короткие видео, где специалисты просвещают публику на самые разные темы.

Видео Шелдрейка собрало множество комментариев. Кто-то поддерживал его, кто-то выражал сомнения, кто-то аргументировал, что даже такие странные идеи всё равно нужно доносить до публики, чтобы каждый мог составить собственное мнение о них.

Но среди комментаторов оказалось несколько фанатиков – в том числе учёных – которые на повышенных тонах потребовали выпилить это выступление совсем. Шарлатану Шелдрейку нечего делать там, где серьёзные люди говорят о серьёзных вещах.

Через три месяца обсуждений TED удалили выступление Шелдрейка со своего основного сайта, оставив его только в блогах.

Когда книга Шелдрейка «Присутствие прошлого: морфические резонансы и привычки природы» была впервые издана в 1988 году, журнал New Scientist посвятил ей рецензию, где было и несколько добрых слов. При переиздании 2011 года эти слова были процитированы на обложке.

Редактор New Scientist потребовал убрать цитату, заявив, что его издание никогда не одобряло ничего из творчества Шелдрейка. Ему продемонстрировали оригинал рецензии. Он ответил:

«Если бы мы рецензировали эту книгу сейчас – уверяю вас, вы не смогли бы найти там ни единого слова для своей рекламы».

Казалось бы, с Шелдрейком академическое сообщество не повторило той ошибки, что со Стапелем. Он выдвигает неверные теории на основе ненадёжных данных – и коллеги восстают против такого издевательства над наукой.

Но нет. Самые яростные его критики честно признавались, что не читали его трудов и слабо представляют, какими фактами он подкрепляет свои теории. Возмущение вызывают сами теории, ибо это, как мы помним, ересь.

Однажды, например, его пригласили сразиться с Ричардом Докинзом в программе «Враги разума». Темой должны были стать необычные способности животных и растений.

Шелдрейк, конечно, не собирался выступать в роли мальчика для битья, но его заверили, что это будет цивилизованная дискуссия между двумя учёными относительно методов научного познания.

А вот что получилось на самом деле:

За неделю до того я послал Ричарду копии некоторых моих статей, опубликованных в рецензируемых журналах, чтобы он мог взглянуть на данные.

Ричард недовольно заявил: «Я не хочу обсуждать здесь свидетельства».

«Почему нет?» – спросил я.

«Нет времени. Всё это слишком сложно. И программа вообще не об этом».

Режиссёр, Расселл Барнс, остановил камеру и сказал, что его тоже не интересуют свидетельства. Он снимает очередную победу Докинза.

Я сказал Расселлу: «Если вы считаете телепатию иррациональным суеверием, то свидетельства, существует она на самом деле или нет, однозначно важны для дискуссии. Если телепатия случается, то верить в неё вовсе не иррационально. Я думал, мы именно это собираемся обсуждать. Я с самого начала дал понять, что мне не интересно участвовать в очередном низкопробном разоблачении».

Ричард ответил: «Это не очередное низкопробное разоблачение. Это разоблачение высшего сорта».

Повторю ещё раз – тут речь не о том, прав Шелдрейк или нет. Лично мне его теории и построения кажутся весьма сомнительными – и по тому немногому, что я знаю о биологии, и по тому (значительно большему), что я знаю о магии и паранормальных явлениях.

Другое дело – материалы, которые он собрал. Там и в самом деле хватает интересных фактов, на которые стоит взглянуть.

Но даже если предположить, что Шелдрейк – и в самом деле такой же шарлатан, как и Стапель, показательна реакция научного сообщества.

И того, и другого коллеги-учёные оценивали, даже не глядя на их данные, не интересуясь, насколько истинны и обоснованы их гипотезы. Одного принимали и одобряли, потому что он был ортодоксален. Другого отвергали и затыкали, потому что он еретичен.


Стапель, отбыв, надо полагать, положенную ему епитимью, в 2018 году снова приступил к научной работе.

Шелдрейк каяться отказывается, а потому вряд ли когда-нибудь будет прощён.

Tags: научные парадоксы
Subscribe

Posts from This Journal “научные парадоксы” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 320 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Posts from This Journal “научные парадоксы” Tag