Иногда практикующий теоретик (anairos) wrote,
Иногда практикующий теоретик
anairos

Category:

О технологическом анархизме

Исследователь находит новые факты. Теоретик создает теории. Инженер создает технологии.

Ученые с семнадцатого века утверждают, что теория может быть истинной или ложной, логичной или абсурдной, обоснованной или высосанной из пальца, наконец — научной или ненаучной. Научной называется теория, которая, во-первых, логична, во-вторых, основана на фактах, а в-третьих, поддается экспериментальной проверке. Если все соответствует, то теорию можно проверить и сказать, истинна она или ложна. Пока такая теория выдерживает проверку, ее считают истинной.

Это на самом деле чушь. Никогда и ни в чем ученые не следовали той процедуре, которую сами же себе (и всем) назначили. Я уже напоминал про Галилея, теории которого были приняты научным сообществом и считались истинными сто пятьдесят лет, прежде чем их наконец-то удалось проверить. Вот был бы сюрприз, если бы оказалось, что Галилей неправ, и она все-таки не вертится!

Теории Эйнштейна тоже были объявлены проверенными, хотя качество тогдашних приборов физически не позволяло провести измерения с нужной точностью. Да и сам Эйнштейн презрительно относился к тем, кто пытается проверять теории точными измерениями, вместо того чтобы восхититься строгостью и красотой логики.

Апостол современного атеизма Ричард Докинз прямо пишет, что его понимание биологии, которое он активно проповедует (учение об «эгоистичном гене») — не теория, которую можно проверить, а просто другой способ смотреть на привычные вещи. Но всё равно все должны принять этот взгляд, потому что он самый лучший.

Лично я придерживаюсь взгляда, который можно было бы назвать технологическим анархизмом. Согласно этому взгляду, не имеет значения, насколько теория обоснована, непротиворечива, логична, связна и согласована со здравым смыслом.

Технологический анархизм делит все теории по одному простому критерию: полезна она в данной области или же вредна.

Теория полезна, если с ее помощью можно делать нетривиальные предсказания и создавать работающие технологии. Тогда ее можно разрабатывать дальше. Если нельзя ни то, ни другое — она вредна, и дальше изучать ее не следует.


Даже самые фанатичные ученые должны признать, что науке, как она есть, меньше шестисот лет. А история человечества насчитывает, по самым скромным подсчетам, больше ста тысяч лет. И за это огромное время люди умудрились создать великое множество технологий, которыми мы пользуемся и поныне.

Наши предки вывели новые породы растений и животных, причем созданный ими метод селекции оставался непревзойденным до самого последнего времени, до технологий генной инженерии. Освоили огонь, керамику и металлургию. Создали величайшие произведения архитектуры, скульптуры и живописи. Изобрели математику, астрономию и навигацию.

И все это — не имея никаких представлений о научном методе или научной картине мира. Взгляды наших предков, с точки зрения ученого, были в лучшем случае примитивны, а в худшем — представляли собой собрание самых диких суеверий.

Дикие и суеверные египтяне умудрились построить пирамиды так, что даже серьезные ученые долго не могли понять, как вообще можно было это сделать человеческими руками. Создали религиозно-философские трактаты, в которых изложен взгляд на Бога, до которого просвещенные европейцы дозрели на тысячи лет позже. Разработали художественный стиль, в котором каждая черточка несла смысловую нагрузку. При этом они поклонялись священному быку, хоронили вместе с правителем весь его двор, закапывая живьем сотни человек, и регулярно приносили девственниц в жертву Нилу. Действительно, как-то не очень цивилизованно.

Викинги грабили, жгли и убивали по всей Европе. В свободное от грабежей и убийств время они, кстати, покоряли сердца европейских красавиц, поскольку были, во-первых, чистыми, а во-вторых, тщательно причесанными: каждый викинг носил с собой гребешок и регулярно приводил в порядок волосы и бороду. Это заодно избавляло их и от вшей.

Эти средневековые пираты, естественно, понятия не имели ни о том, что солнечный свет поляризован, ни о том, что кальцит по-особому преломляет поляризованный свет. Но именно на основе этого самого свойства они создали солнечные часы-компас с большим кристаллом кальцита вместо стрелки, которые могли обнаруживать положение солнца не только при облачной погоде, но и через час-другой после заката.

В общем, ученый вынужден признать: действенность технологий никак не свидетельствует об истинности теории, на которой они основаны. А значит — продолжу я — и нечего вообще заморачиваться с истинностью.

На самом деле ученым не привыкать к мысли, что теории годны лишь на своем месте. В 19 веке стало ясно, что механика Ньютона несовместима с электродинамикой Максвелла — они не могут быть одновременно истинными, хотя в своей области каждая дает великолепные результаты, подтвержденные фактами. Теория относительности сумела их примирить, объявив обе неверными и приближенными, но тут появилась квантовая физика, и выяснилось, что у нас снова две несовместимые картины мира.


Теории современной науки, несомненно, полезны во многих областях. В конце концов, я пишу сейчас эту статью на компьютере, а дописав, выложу в интернет. Ни того, ни другого не было бы без достижений физики. В частности, электроники не было бы без квантовой механики.

И именно поэтому особенно важно понимать, где, как и по каким причинам они становятся вредными.

Вот, например, теория вероятностей. Ее методы дали нам много всего полезного — не в последнюю очередь, они показали, насколько людям свойственно ошибаться, когда речь идет о случайных событиях.

Но теория вероятностей работает только там, где есть вероятности. То есть там, где есть зафиксированное событие, есть известное число его исходов и можно сосчитать частоту, с которой случается каждый из вариантов. То есть там, где мы, метафизически говоря, много раз бросаем монетку и смотрим, что выпало.

Если произошло нечто странное, уникальное и неповторимое, теория вероятностей ничем помочь не может. Более того, тут она наносит мощнейший удар по здравому смыслу и критическому мышлению. Стоит ученому убедить себя, что событие могло быть случайностью, как он немедленно решает, что именно случайностью оно и было. Это ничуть не более рациональный подход, чем конспирология, которая объясняет заговором все, что только можно им объяснить.

Квантовая теория пострадала не столько от ученых, сколько от новых эзотериков, которые пытаются применять квантовые понятия там, где они неприменимы по самому их определению. Я, например, уже вздрагиваю, если слышу от собеседника слово «квантовый»: весьма вероятно, что речь пойдет не о достижениях науки, а о «квантовом прикосновении», «квантовой магии», «великом квантовом переходе человечества» или еще о чем-то подобном.

Физика, химия и биология становятся совершенно бесполезными, когда речь идет о сознании. С их помощью еще можно разработать какие-то приборы или лекарства, влияющие на работу мозга и через это на состояние сознания, но они не дают — и не могут дать — здравого полезного представления, что же такое сознание в целом.

И уж конечно, наука вредна там, где речь заходит об этике. Она в состоянии сказать нам, как обстоят дела в той или иной области, и как предсказывать, что произойдет. Но наука не говорит и ничего не может сказать о том, как человеку следует поступать.

Всякий раз, когда наука пыталась это делать, ее предписания скатывались либо в предельный цинизм (нравственно все, что ведет к цели), либо в диктатуру одной идеи. Именно ученые, в частности, дали рациональное обоснование расизму, объяснив миру, что одни народы в самом деле лучше других и потому достойны править, а все остальные обречены на вымирание согласно дарвиновскому закону естественного отбора.


Но если на теории нельзя полагаться, то на что можно?

Полагаться, по моему мнению, можно и нужно исключительно на опыт. На то, что ты знаешь и умеешь. Это по-настоящему надежно, предсказуемо и потому истинно. Ученому трудно понять эту мысль. Для него знание — это то, что прочитано в книгах или истолковано в соответствии с теориями. Для нас знание — это непосредственный опыт, который оставил на тебе след и сохранился в твоей памяти.

Только из того, что ты знаешь, и можно вывести сколько-нибудь разумные предположения о том, каков мир на самом деле.
Tags: научные парадоксы, простые истины
Subscribe

  • Введение в ведьмологию

    Что мы имеем в виду, когда говорим «ведьма» – разумеется, если используем это слово не просто как оскорбление? Оказывается, у…

  • Минутка воспоминаний: ученик чародея

    Этот пост был опубликован 3 года назад. С тех пор я слегка скорректировал свои взгляды. Отчёты Пола Столлера кажутся мне слегка приукрашенными в том…

  • Сдвиг границ

    Дневниковая запись для приведения мыслей в порядок. Для одних философов главная граница в мире пролегает между материальным и идеальным. С одной…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 26 comments

  • Введение в ведьмологию

    Что мы имеем в виду, когда говорим «ведьма» – разумеется, если используем это слово не просто как оскорбление? Оказывается, у…

  • Минутка воспоминаний: ученик чародея

    Этот пост был опубликован 3 года назад. С тех пор я слегка скорректировал свои взгляды. Отчёты Пола Столлера кажутся мне слегка приукрашенными в том…

  • Сдвиг границ

    Дневниковая запись для приведения мыслей в порядок. Для одних философов главная граница в мире пролегает между материальным и идеальным. С одной…