Иногда практикующий теоретик (anairos) wrote,
Иногда практикующий теоретик
anairos

Category:

О житиях святых

После нескольких статей, посвященных суевериям академической науки, устроим сегодня вечер, посвященный суевериям традиционных церквей. А именно — поговорим о житиях святых.

Большинство известных мне православных воспринимают житийный корпус как часть Священного Писания, то есть как слово Божье, содержащее религиозную истину. Человек, чье житие было одобрено церковью, несомненно существовал и несомненно был именно так свят, как это описано в тексте. Сомневаться в этом — грех на грани ереси.

Между тем в первые столетия христианской эры, когда складывалась житийная традиция, отношение к ним было совершенно иным. Не стоит забывать, что начали эту традицию греки, а греки уже к временам высокой античности даже собственные мифы перестали считать святой истиной. Это были литературные произведения о богах и героях, которые иллюстрировали особенности характера этих самых богов и героев, а заодно развлекали читателя занимательными историями.

Словом, греческие мифы были настолько не похожи на сакральные мифы других народов, что это на многие века повлияло на настрой ученых. Они только к нашему времени, к двадцатому веку, смогли поверить, что мифы можно и нужно воспринимать всерьез и учиться правильно их понимать. А уж тесная связь между мифом, ритуалом и магией и вовсе ускользала от их взгляда, потому что у греков ее уже давно не было.

Так вот, жития —это такие же точно литературные произведения, основное предназначение которых — развлечение и назидание читателя, именно в таком порядке. Даже если герой жития носит то же имя, что и реально существовавший человек, события, изложенные в тексте, вовсе не обязаны совпадать хоть с чем-то из его реальной биографии. А чаще всего герой жития вымышлен вовсе.

Все знают Николая Угодника. Чуть меньше народа помнит, что его полное имя — чудотворец Николай, епископ Мир Ликийских. Однако в городе Миры было в разное время три епископа по имени Николай, и до сих пор неизвестно, кто же из них имеется в виду. События, описанные в житии, собраны из жизнеописаний всех троих и щедро дополнены чудесами.

А святой Христофор вовсе не был человеком. Согласно житию, это был великан из племени кинокефалов — покрытых шерстью двуногих чудовищ с собачьими мордами. Житие повествует, как это чудовище, повстречав младенца Иисуса на пути в Египет, покорилось ему и обратилось к Богу. Великан перенес святое семейство через реку, за что и получил имя Христофор («христоносец»). В позднейшие времена, когда в псоглавцев уже никто не верил, а жития стали понимать буквально, текст откорректировали, и Христофор превратился просто в свирепого дикаря, да и годы его жизни пришлось сокращать до приемлемых значений.


Житие — это жанр, со своими условностями и конвенциями, так же четко определенными, как форма сонета, к примеру. И у него есть свои поджанры, как и, например, у детектива.

Люди поздней античности ничуть не меньше наших современников любили пощекотать себе нервы красочно описанными мучениями и кровавыми зверствами. Сейчас эту нишу занимают ужастики вроде «Пилы» и «Пираний», которые уже давно получили от критиков прозвище violence porn — порно жестокости, потому что насилие в них так же преувеличено и самодостаточно, как секс в обычном порно. А в те времена ужастиками были повествования о мучениках.

Основное требование жанра — как можно более натуралистическое и подробное описание нечеловеческих пыток, которым подвергали мученика безжалостные гонители. Причем, как сейчас в «порно насилия», так и тогда авторы с особым наслаждением описывали страдания юных красавиц. Здесь «порно жестокости» тесно смыкается с жанром «садо-мазо». Читая некоторые жития, никак не удается отделаться от впечатления, что сам автор не на шутку возбуждался, представляя обнаженную женщину, которую истязают несколько мужчин.

Впрочем, героини повестей о мучениках словно бы и не чувствуют боли, посреди пыток продолжают спокойно разговаривать и проповедовать, а за ночь все увечья, как правило, чудесным образом исчезают, чтобы в конце героиня могла склонить голову под меч, оставаясь все такой же прекрасной.

Предупреждая вопросы — гонения на христиан действительно были, и многие тогда расстались с жизнью за исповедание веры. Однако римляне, хотя и пользовались такими жестокими казнями, как распятие, не были фанатами публичных истязаний. Все, чему подвергали преступника, было четко регламентировано их уголовным кодексом. В частности, во времена самых жестоких гонений христианина, отказавшегося принести жертву гению императора, вначале бичевали, а в случае упорства — без затей рубили голову как государственному изменнику.

Собственно, даже простая логика должна бы подсказать, что если бы гонения на христиан и вправду сопровождались такими многочисленными и явными чудесами, как это описано в житиях, то продолжались бы они очень и очень недолго.

Еще один интересный пример — житие великомученицы Екатерины.

В эпоху первых Соборов, когда христианские секты сражались между собой за право верховенства в империи, в египетской Александрии жила женщина по имени Ипатия. Она, по свидетельству очевидцев, отличалась редкостным умом, внешней красотой и независимым характером. Пройдя обучение в Александрийской библиотеке, она осталась там преподавать математику и философию. Мне неизвестно, были ли там женщины-профессора до Ипатии, но совершенно точно, что после нее таких уже не было.

Ипатия была язычницей, и ее возрастающий авторитет в городе, а тем более дружба с александрийским наместником, навлекли на нее ненависть христианской общины. Кончилось все это весьма предсказуемо: Ипатия была убита прямо на улице группой монахов. Они в буквальном смысле разорвали ее на части.

А спустя небольшое время по рукам местных христиан пошла новая книжка — житие великомученицы Екатерины. Героиня этой книжки родилась в Александрии в семье богатого образованного язычника. Она сама также получила блестящее образование, отличалась умом, красотой и независимым характером. Она была настолько мудра, что философы приходили учиться у нее. Словом, она была Ипатией во всем, кроме имени.

И, конечно, у этой истории был другой финал. Однажды Екатерине приснился прекрасный младенец Иисус, в которого она сразу же влюбилась, но он не хотел даже посмотреть на нее, говоря, что она уродлива, больна и осквернена своим язычеством. Устыдившись и желая завоевать расположение небесного возлюбленного, Екатерина отказалась от всей своей учености, исповедала себя христианкой и была убита разъяренными язычниками.

Пожалуй, это первый в письменной истории пример произведения в жанре «православный Гарри Поттер», когда приверженцы некоторого учения пытаются постфактум перетащить на свою сторону популярного персонажа, чтобы воспользоваться его влиянием на умы.

Самый первый, но не самый известный. Эта честь несомненно принадлежит Георгию Победоносцу. Георгий, военный офицер, казненный за исповедание христианства в одно из гонений, стал героем сразу двух житий с разными сюжетами. И если одно из них — это стандартное повествование о мучениях со всеми вытекающими последствиями, то второе — переложение на христианский лад классического мифа о герое-змееборце. Любой образованный грек знал легенду о Персее, да и Геракл дважды побеждал водяное чудовище, пришедшее забрать красавицу.

Христианский вариант отличается тем, что спасенная царевна решает посвятить свою жизнь Богу и постригается в монахини. Уже из этого видно, насколько позже появился этот текст — в те времена, когда жил реальный Георгий, женского монашества не существовало еще даже как концепции.

Впоследствии среди житийных героев оказывались тезки языческих богов. Так, многие подозревают, что прототипом святой Бригитты была кельтская богиня Биргит, известная также как Эпона, Госпожа Лошадей. И ту, и другую часто изображали в виде женской фигуры между двумя конями, и это изображение помещали над входом в конюшню в качестве оберега.


Еще один популярный жанр того времени — «битва магов». Сюжет там всегда один и тот же: некто, получивший великие магические знания и огромную силу, бросает вызов христианскому чудотворцу. Они проводят несколько раундов, и маг всякий раз терпит поражение. Бесы, помогающие ему, оказываются бессильными перед истинным могуществом христианского Бога. В результате колдун либо гибнет, либо раскаивается в своих заблуждениях и отдает жизнь за Христа.

Это тоже не изобретение христиан — поединки магов встречаются в мифах у всех народов и во все времена. Интересен, скажем, фрагмент из «Калевалы» где божественный герой-маг Вяйнемейнен при помощи песен сражается с молодым выскочкой, который нахватался знаний о магии и возомнил себя великим колдуном.

Из житий этого типа больше всего известно повествование о Симоне Маге и апостоле Петре, интересное тем, что оба его героя — реальные люди, и житие Киприана и Иустины, которое до сих пор часто приводят в пример как могущества колдовства, так и его слабости по сравнению с христианскими чудесами.


Последнее по хронологии, но не по важности — то, как преобразился житийный жанр, попав на Русь.

Русский народ, всем сердцем приняв новую веру, продолжал в то же время всем сердцем исповедовать и прежнюю. Это стало возможным прежде всего потому, что у славян до крещения не было сколько-нибудь организованной религии и даже устоявшегося пантеона. Славяне почитали предков, духов природы, немногочисленных богов, по большей части заимствованных у соседей, и каждое свое действие оформляли мифами и магией.

Все это у них осталось и после крещения, в значительной степени дожило до революции, а кое-что остается и в наши дни. Поэтому ничего удивительного, что Библию русские христиане почти не читали, а вот жития пользовались у них огромной популярностью.

Большинство святых, полюбившихся русским, были изрядно русифицированы. Вместо их официальных житий по рукам ходили и изустно передавались народные повести о том, как странствовали по земле Исус Христос и Никола Угодник, помогая несчастным и карая немилосердных. Георгий Чудотворец стал Егорием Храбрым, а повесть о нем — типичный миф о божественном герое-шамане, способном превращаться в зверей и птиц. Да и сам Егорий для русского крестьянина был скорее богом — покровителем дикого леса, волчьим пастырем.

Фактически, христианские святые, понятые на свой лад, стали для славян именно тем, чего им так не хватало — собственным пантеоном, родными богами, и возглавлял их Христос — небесный царь, назначающий каждому свой жребий. Мужик почитал Николу Угодника — помощника в повседневных делах и путешествиях, святого Власия — покровителя домашней скотины, и уже упомянутого Егория Храброго — хозяина леса и покровителя охотников. Жена этого мужика чаще взывала к заступнице матушке Богородице и святой Параскеве Пятнице — покровительнице очага и домашнего труда. И все они с опаской и уважением относились к небесному громовику Илье-Пророку — божьему воину, побивающему нечистую силу.

Последним известным литературным житием, автор которого вовсе не сообразовывался с исторической правдой, стала повесть о Петре и Февронии Муромских. Надо сказать, что история не знает никаких братьев Петра и Павла, которые были бы муромскими князьями. Не знает она и муромского князя (Петра или нет), женившегося на простолюдинке Февронии. Так что кому принадлежат кости, лежащие в муромском соборе — большой вопрос.

Ну а само житие, в отличие от большинства других подобных текстов, имеет и четко известного автора (Ермолай-Еразм), и время написания (16 век). Да и его реальные источники бросаются в глаза.

Берем популярную в народе веру в змея-летуна: огненный крылатый змей любит соблазнять женщин, принимая облик их умершего или отсутствующего мужа.

Прибавляем сказочный мотив, когда женщина выспрашивает у змея, в чем его смерть. Эту информацию она сообщает герою. Герой получает волшебный меч, убивает змея и омывается в его крови. Поскольку героя планируется женить, то им оказывается не муж княгини, выспрашивавшей змея, а его младший брат. Поскольку мы пишем христианское житие, то, омывшись в крови змея, герой не получает волшебную силу, а заболевает.

Продолжаем другим сказочным мотивом — «мудрая дева». Девушка, отвечающая на каверзные вопросы князя и задающая свои загадки, которые он не может разгадать, становится его женой. Для связи этого сюжета с предыдущим делаем деву знахаркой-целительницей, да еще добавляем элемент обмана и шантажа: Феврония, заранее предчувствуя, что князь откажется на ней жениться, дает ему неправильную инструкцию по применению лекарства.

Дальше следует компиляция из нравоучительных притч и преданий, в частности — известная притча о воде с двух сторон лодки, когда женщина уговаривает охваченного страстью мужчину не изменять жене.

Наконец, финал отражает православный идеал семьи: так и не родив детей, супруги разбегаются по разным монастырям и доживают жизнь в монашестве, больше не видя друг друга, но сохранив теплые отношения.


В общем, для исследователя жития святых — настоящий кладезь, поле для многолетней плодотворной работы. Верующему они могут помочь лучше проникнуться духом своей веры и лучше понять на наглядных примерах, чего эта вера от него хочет.
Но вот настаивать, что «все так и было на самом деле», и что каждое слово в житиях — святая правда, лучше не стоит.
Tags: мифология, простые истины, религиозные штудии
Subscribe

  • Здесь рыбы нет!

    Наука умеет много гитик. Даже в таких, казалось бы, ясных вещах, как классификация, возможны сюрпризы. Вот, например, существуют ли рыбы – не как…

  • Политкорректность и главный миф научного атеизма

    Мне часто приходится спорить с идеологическими оппонентами. Но иногда полезно поспорить и с теми, с кем в некоторых отношениях стоишь на одной…

  • Пророки космоса

    Некоторое время назад я написал статью «Космическая религия». Там речь шла о том, что космос – в физическом смысле, то есть…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Здесь рыбы нет!

    Наука умеет много гитик. Даже в таких, казалось бы, ясных вещах, как классификация, возможны сюрпризы. Вот, например, существуют ли рыбы – не как…

  • Политкорректность и главный миф научного атеизма

    Мне часто приходится спорить с идеологическими оппонентами. Но иногда полезно поспорить и с теми, с кем в некоторых отношениях стоишь на одной…

  • Пророки космоса

    Некоторое время назад я написал статью «Космическая религия». Там речь шла о том, что космос – в физическом смысле, то есть…