Иногда практикующий теоретик (anairos) wrote,
Иногда практикующий теоретик
anairos

Categories:

«Эрос и магия в эпоху Возрождения»

Книга румынского автора Йоана Петру Кулиану «Эрос и магия в эпоху Возрождения» и раньше попадалась мне на глаза, но название и краткое содержание скорее отпугивало. Можно было подумать, что автор будет излагать свои представления о магии и оккультизме в свете теорий Фрейда или Юнга.

Отчасти опасения оправдались. Для начала, я узнал из книги не так много нового. Да и выводы, к которым Кулиану приходит, либо совпадают с моими собственными, либо я с ними не согласен.

В попытках аргументировать свои гипотезы автор, как мне показалось, порой натягивает сову на глобус. Но я точно не буду кидать в него за это камни, потому что и сам не без греха.

И все же книга оказалась полезной, интересной и познавательной. Так что «Эрос и магия» отныне будет в моем списке рекомендованной литературы для тех, кто уже в теме – рядом с «Трикстер и паранормальное» и «Создавая магию». Только в отличие от них, она переведена на русский язык.

Примечание. Книга впервые издана в 1981 году. Еще один пример, как письменные источники попадают ко мне в руки только тогда, когда я уже готов адекватно воспринять их содержание.


Автор основывается на любопытном определении магии. Магия, по его мнению – искусство управлять своим и чужим воображением.

И в этом есть смысл. Активное использование воображения – общий знаменатель всех ритуалов, будь то народные заговоры или православная литургия. Одни направления делают упор на визуализацию внутренних образов. Другие переносят образы во внешний мир в виде икон, символов и ритуальных предметов. Третьи вообще отказываются от картинок и структурируют ум словами или ощущениями тела. Но и это тоже работа воображения.

Значит, определение Кулиану подходит для любой магии, даже той, что никогда так не называлась – например, для ритуалов и мистических практик признанных религий.

Оно чисто прикладное: описывает методы, а не цели. Манипулируя воображением, люди пытались и соединиться с Богом, и вызвать дождь, и управлять волей ближнего, и узнавать будущее.

Оно годится и для скептиков, для которых любая магия – приключения в мире собственных фантазмов, и для оккультистов, полагающих, что так действительно можно привлечь или изгнать паранормальные силы.


Там много мелких фактов, заставляющих иначе взглянуть на привычные вещи. Я, например, всегда считал, что «Житие Киприана и Иустины» – обыкновенное античное фэнтези, образец христианской пропаганды. Но оказалось, что эту повесть еще во втором веке сочинили энкратиты.

Энкратиты – радикальная аскетическая секта. Они проповедовали полное воздержание от секса, даже в браке, и отказ от употребления мяса и вина. Их учение, судя по всему, было настолько популярно среди ранних христиан, что появились послания, написанные от имени апостола Павла, где он сурово осуждает такие крайности. Одно такое послание даже вошло в канон Писания.

Основной посыл повести направлен вовсе не против магии и колдовства, а против похоти и брака. Его краткое содержание примерно таково. Главный герой влюбляется в прекрасную деву Иустину. Она отвергает все его ухаживания, ибо намерена отдать себя одному только Христу.

В отчаянии Киприан заключает сделку с бесом, и тот пытается пробудить в девушке любовь и страсть, искушая ее обманными видениями. Это тоже не удается – Иустина слишком чиста и целомудренна. Тогда бес посылает видения уже самому Киприану, представая перед ним в облике Иустины, но и этот обман не удается. Разочаровавшись в своих методах, Киприан принимает христианство, называет себя духовным братом Иустины, и по ее настоянию они оба становятся мучениками.

Повесть о Киприане и Иустине получила вторую жизнь во времена Реформации. Киприан теперь олицетворял собой уже не античное язычество, а ренессансный оккультизм. Именно в этом варианте она стала основой для... легенды о докторе Фаусте.


Тем, кто восхищается трубадурами Франции и культом прекрасной дамы, который родился там в средние века, однозначно стоит прочесть главы, посвященные именно этому культу.

Если совсем коротко, то французская куртуазность произошла от катарской дуалистической веры. «Чистым» катарам было предписано строгое сексуальное воздержание и безбрачие. Однако в то же время они понимали, что от мирянина до «чистого» долгий путь, и новоначальным разрешается несколько больше.

Католики в аналогичной ситуации признали брак как меньшее зло. Но для катаров брак как раз был недопустим, а вот к беспорядочным сексуальным связям они относились терпимо, как к уступке плоти.

В результате «прекрасная дама», которой куртуазный кавалер отдавал свое сердце, оказывалась единственной женщиной, запретной для него. Он должен был прилагать все усилия, чтобы она НЕ отвечала взаимностью на его чувства и даже не догадалась о них: истинная любовь обязана быть безответной и причинять страдания. Зато со всеми остальными женщинами он вполне мог делить ложе безо всякого стеснения.

Ничего удивительного, что сифилис, занесенный в Европу вскоре после открытия Америки, прокатился волной по югу Франции и северу Италии – вотчине куртуазности. Если бы не алхимики, придумавшие, как лечить его ртутью, эпидемия могла бы стать еще серьезнее – до открытия антибиотиков оставались еще долгие века.


Реформацию многие считают либеральным и демократическим движением, которое стремилось отказаться от устаревшего и сделать христианство более современным. Но на деле все было наоборот: реформаты призывали вернуться к изначальной чистоте учения, отказаться от разврата и оккультизма Ренессанса. То, что для их предшественников было новым открытием древней мудрости, для них стало осквернением истинной веры языческими ересями.

Между протестантами и католиками были некоторые разногласия в вероучении, ритуалах и обычаях – и они считались достаточно серьезными, чтобы сотни тысяч европейцев ради них жестоко убивали друг друга. Но стремление очистить веру от «язычества», «магии» и «идолопоклонства» было одинаковым по обе стороны противостояния. Католическая Испания семнадцатого столетия в своем пуританстве ничем не уступала кальвинистской Швейцарии или собственно пуританской Англии.

В результате сложных идеологических процессов Реформация пришла к идее греховности природы, фактически возродив дуализм манихеев и катаров. Природа = плоть = женщина = страсть = воображение = магия. Все эти понятия использовались почти как синонимы.

Один из результатов – печально известная охота на ведьм. Женщина могла оказаться под подозрением в колдовстве и за слишком красивую и чувственную внешность, и, наоборот, за неухоженный и растрепанный внешний вид.

Интересно, что Италия – центр католицизма – была меньше других затронута Реформацией. Ватиканские иерархи оказались куда умнее и образованнее монархов и церковников остальной Европы. В Италии даже ведьм почти не преследовали.

Изгнание магии из церкви и культуры было, по сути, изгнанием воображения. Католики пошли по этому пути не так далеко, как протестанты – они не отказались от икон и статуй в храмах, да и иезуиты продолжали практиковать свои медитации. Но в целом воображение было задвинуто подальше.

В новую эпоху уже не подлежало сомнению, что все воображаемое остается в мире воображения и не может никак повлиять на видимую реальность. Только дикари, дети или безумцы могут добровольно погружаться в это царство обмана и иллюзий. Разве только поэтам позволяется строить там свои воздушные замки, и то при условии, что они будут помнить – все это неправда.

Отказ от воображения привел к тому, что на смену астрологии, алхимии и прочим дисциплинам Ренессанса пришли точные, математизированные науки нового времени. Родились наука и рационализм, какими мы их знаем сейчас, со всеми своими достоинствами и недостатками.


И последнее. Что общего между идеей германского господства, химическим оружием и доктриной гонки вооружений? Все это было создано в 17 веке немецким химиком Иоганном Рудольфом Глаубером.

По его замыслу, Германия должна была принести мир всему миру, став вселенской монархией. Для этого ей предстояло покорить все прочие державы за счет высокотехнологического оружия. Глаубер предлагал кислотные распылители, которыми можно было бы ослеплять вражеских солдат, не убивая – а после победы отправлять их всех на принудительные работы.

Но поскольку любое оружие рано или поздно окажется и в руках врага тоже, лучшие ученые страны должны непрерывно работать над созданием и улучшением все более нового, сложного и могучего оружия. Победу будет ковать не сила воина, а интеллект книжника и инженера.

На мой взгляд, трудно представить более красноречивую иллюстрацию, насколько современный западный мир продолжает оставаться наследником идей Реформации.
Tags: метафизика, психология, религиозные штудии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments