Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

чайка

Уроки трансфигурации

Внезапно на Квентина обрушилась мягкая, но огромная тяжесть, надавила на плечи, пригнула вперёд. Он скорчился, стараясь бороться с нею. Он пытался сбросить её, поднять её, но она продолжала давить!
<...>
Согнувшись, он ощутил, как колени уходят ему в живот, сливаются с ним. Почему профессор ван дер Вейе ничего не делает?

Шея Квентина удлинялась вперёд и вперёд, он ничего не мог с этим поделать. Всё казалось гротескным, как в дурном сне. Он хотел стошнить, но не мог. Пальцы на ногах словно бы плавились, соединяясь между собой, а на руках, наоборот, неимоверно вытянулись во все стороны, и что-то мягкое и тёплое проступало на плечах и груди, укрывая его целиком. Губы уродливо выпятились и затвердели. Узкая полоска крыши рванулась вверх, навстречу ему.

А затем всё закончилось. Он сидел на серой сланцевой крыше, переводя дыхание. По крайней мере, теперь ему не было холодно. Он взглянул на Элис, и Элис взглянула на него в ответ. Но она больше не была Элис. Она стала крупным серым гусем, как и он сам.


Это отрывок из повести Лева Гроссмана «Волшебники». Из него видно, кроме всего прочего, что Гроссман – отличный писатель, но в школе он явно прогуливал биологию. Гусь – не пингвин, у которого колени действительно находятся внутри тела. У него, как и у большинства остальных птиц, они на своём законном месте, соединяют бедро и голень.

С крыльями тут тоже происходит непонятная петрушка. Удлинённые, растопыренные пальцы рук – это к летучим мышам. Птицы, наоборот, в ходе эволюции лишились всех пальцев передних конечностей, кроме двух недоразвитых. Это прекрасно знает любой, кому хоть раз приходилось разделывать курицу – или хотя бы есть куриные крылышки, так популярные в Америке.

Но не будем заниматься заклёпочничеством. Сегодняшняя тема – литературная магия, в особенности магия превращений.

Collapse )
чайка

Пафосное

Помните рассуждения, какие языки для каких целей лучше всего подходят? Вроде того, что по-немецки хорошо командовать, по-французски -- флиртовать, на латыни -- молиться, и так далее? Патриоты России ещё добавляют, что по-русски можно одинаково хорошо делать всё это.

Так вот, на мой субъективный взгляд, есть кое-что, в чём нет равных английскому. Даже русский, при всей моей любви к нему, не тянет. Английский язык самим строем своим предназначен для пафосного повествования. Он эпичен в лучшем смысле слова.

Не знаю, в чём тут причина. Может быть, в фонетике, в каких-то мелочах грамматики. Но факт есть факт -- многие фразы по-английски звучат намного возвышеннее и торжественнее, чем любой их перевод на русский.

Вот, например, в романе "Лираэль" Гарта Никса главная героиня спрашивает у своей подруги, откуда берёт начало река Раттерлин. И подруга отвечает: "В сердце горы, в глубочайшей тьме".

Красиво. Эмоционально. Но вот как это в оригинале: In the heart of the mountain, in the deepest dark. Не знаю как вы, а я просто не могу нормально прочитать эту фразу. Она звучит у меня в голове голосом Иэна Маккеллена в роли Гэндальфа.

Или вот, из совсем другого фэнтези: "Between the time when the oceans drank Atlantis, and the rise of the sons of Aryas, there was an age undreamed of. And onto this, Conan, destined to wear the jeweled crown of Aquilonia upon a troubled brow. It is I, his chronicler, who alone can tell thee of his saga. Let me tell you of the days of high adventure!" У этих слов есть собственный саундтрек. Эпическая музыка начинает играть, как только их произносишь вслух. И да, тут тоже нужен звучный, глубокий мужской голос, иначе эффект не тот.

У русского повествования совершенно другая эмоциональная окраска. Наш высокий стиль, наоборот, отстранён, почти бесстрастен. Даже когда речь идёт о вещах, которые должны вызывать у читателя сильные чувства -- эти чувства получаются иными.

По-русски можно поднимать войско в атаку. Можно давать клятву стоять насмерть. Можно окидывать взглядом свои земли и мечтать, как здесь поднимутся города и зацветут сады -- или любоваться городами и садами, которые ты уже создал. И это будет звучать именно так, как и должно звучать.

Вот, на мой взгляд, прекрасный пример эмоциональной торжественности именно по-русски:

За рекой поднимался город золотой и многоцветный от белых стен, куполов и крестов, лазоревых, красных и синих кровель.

– Добрались, – сказал один из всадников. – Пошли, что ли?

– Погоди, дай посмотреть, – отозвался другой. По всему было видно, что из двоих – он главный.

– Чего смотреть? Войдём – увидим.

– Когда я был малолеткой, поп, обучавший меня грамотной хитрости, любил повторять: "Один и тот же вид инако человеку видится, инако лягушке, инако птице. Лягушка снизу зрит, птица – сверху, человек – прямо". В Орде мы лягушками были – снизу смотрели.

– Зато через степь птицами пронеслись.

– Не зайцами ли, от лисиц удиравшими?

– Похоже, твоя правда, князь.

– То-то. Перед Белокаменной хочу вновь человеком стать.


С. Фингарет, "Богат и славен город Москва".

Но эпос, повествование о великих временах, великих героях, чудесах и силах -- это не наше. Наверное, поэтому фэнтези и появилось в англоязычном мире, а к нам лишь пришло.